Ошибка
Кортни Лав: «Что?! Я?! Что за херня?!» Печать
Статьи и интервью Hole
Опубликовано: Nev   
25.07.2011 22:03

Вдова Курта Кобейна, скандалистка, хулиганка и одна из главных женщин в истории рок-музыки выступит на Пикнике со своей реанимированной классической группой — впервые в России. «Афиша» поговорила с Кортни про ее репутацию, музыку и жизнь.

 

— Зачем вам было возрождать Hole? Там же из основного состава никого, кроме вас.

— Что за вопрос?! Это моя группа! Это мое имя! Вы же не стали бы предъявлять Тренту Резнору претензии, что он использует название Nine Inch Nails после ухода какого-нибудь гитариста? Курт вообще мог бы выкинуть Дейва и Криса и продолжать играть под именем Nirvana — никто бы ему и слова не сказал. Что за смехотворные претензии? Мы что — The Beatles? Led Zeppelin? Да ни хера подобного. Если в группе есть я — это Hole. Вот и все.

— Я к тому, что сейчас многие заново старые группы собирают.

— Не говорите. Нас тут позвали на фестиваль в Австралии и говорят: «Ну там еще будут Van Halen». Я такая: «Чего-о?!» Скажи мне кто-нибудь 15 лет назад, что мы будем на одной сцене с Van Halen играть, я б его сразу лечиться отправила. А они продолжают: «А еще там играют Bad Religion и Элис Купер». Как так?! Безумие! Мы теперь все плаваем в одном дерьме, стало быть. (В сторону.) Деточка, сигаретку мне организуй, пожалуйста. (Продолжает.) Рок превратился в гетто, так выходит. Но все эти инди-группы все равно никто слушать не будет. Знаете почему? Инди-группа никогда не сможет себе позволить дорогую гостиницу, ха-ха! А если ты рок-звезда, тебе нужна дорогая гостиница. Не так, что ли?

— Наверное, так. Может быть, это неудобный вопрос, но...

— Да ты вообще неудобные вопросы задаешь. По краю ходишь. Смотри, могу и трубку бросить, я такая.

— Я все-таки попробую. Кажется, что большая часть публики знает вас скорее как вдову Курта и героиню таблоидов, чем как музыканта. Что вы об этом думаете?

— А вы что об этом думаете?

— Думаю, что скандалы, к сожалению, всегда интересуют больше людей, чем музыка. Вас это раздражает?

— (Вздыхает.) Да.

— А вы можете с этим что-то сделать?

— (Вздыхает.) Нет. Поехали дальше.

— Хорошо. Вы как-то чувствуете свой возраст?

— Да не особо. Ну я больше не занимаюсь стейдж-дайвингом. Не играю топлес. Но меня просто не тянет. Может, это и возраст, не знаю. А что касается музыки — все то же самое. Разве что я песни стала сочинять поумнее и посложнее. И получше.

— А из молодых музыкантов вам кто-нибудь нравится?

— Так, дайте посмотреть. Вот я нашла на Pitchfork такую девушку — EMA, в ней есть рок. The Kills я люблю. Fleet Foxes. Mumford and Sons, кто бы они ни были. Ну и старенькое слушаю, конечно, — Долли Партон там. Кстати, я недавно наткнулась на 5 коробок винила, которые остались от Курта. Тяжеленные! В чулане валялись 17 лет. Чего там только нет: саундтреки к фильмам про Франкенштейна, Television, Gang of Four, наши с ним пластинки, ну и так далее. В общем, все, что не разворовали. Потому что эти сволочи же на похоронах Курта кучу пластинок стащили. Вот я теперь слушаю то, что осталось. Кое-что сохраню для Фрэнсис (дочь Кобейна и Лав. — Прим. ред.), а остальные сдам в какой-нибудь музей.

— Кстати, винил хорошо продается сейчас. Чего не скажешь обо всем остальном.

— Ну да, музыкой не проживешь теперь. Я-то нормально себя чувствую, у меня другие источники дохода, но остальным туго приходится. Надо все время ездить, живьем играть. Но это и хорошо — так быстрее отсеиваются неудачники. (В сторону.) Детка, пепельницу подай, будь добра. (Продолжает.) Вообще, нужно нормально быть образованным в финансовом плане — иначе прогоришь. Когда какой-нибудь престарелый богатей-продюсер говорит: все плохо, продаю недвижимость... Смешно это. Раньше можно было зашибать бабки и ни о чем не думать, сейчас тоже можно что-то зарабатывать, но надо потом инвестировать с умом. Как говорится, подсчитали-прослезились: я недавно читала про состояние Криса Мартина — а он же настоящая рок-звезда, только интернет-эпохи. Короче, у меня с дочерью больше денег. Жуть!

— Вы вот про Мартина сказали — часто приходится читать всякие ваши нелицеприятные высказывания про знаменитостей в твиттере или в интервью. Зачем это вам?

— Что?! Я?! Что за херня?! На кого я набрасываюсь?! Имя! Хоть одно имя назови!

— Ну вот про Бритни Спирс вы писали... (Лав заявила в твиттере, что Спирс унижал ее отец. — Прим. ред.)

— Я? Про Бритни Спирс?! Да я ее обожаю! Я слова про нее плохого не сказала! Ну давай, назови еще кого-нибудь!

— Еще вы дизайнера оскорбляли, с которой у вас была склока (Лав назвала Дон Симорангкир, с которой у нее был финансовый конфликт по поводу линии одежды, «проституткой, драгдилершей, насильницей и грабительницей» и получила в ответ судебный иск. — Прим. ред.).

— Ей я заплатила сполна (430 тысяч долларов. — Прим. ред.). Вопрос закрыт. Вообще, давай-ка ты мне сейчас задашь два милых вопроса, окей? А то разговор закончен.

— Окей. Сменим тему. Как выглядит ваш обычный день?

— Ну вот прямо сейчас я читаю английский журнал для богатых аристократов... Знаете, у меня много друзей-аристократов, да. Сегодня собираюсь купить велосипед. Потом я постоянно говорю с адвокатами, с этими чертовыми адвокатами, — столько времени с ними провожу, обсуждаю всякое скучное дерьмо финансовое... Потом у меня линия одежды выходит, мне надо речь написать, я скоро в Стамбул лечу, рассказ надо для «Нью-Йоркера» закончить. Дел хватает. Эти гребаные адвокаты, опять же. С подружками встречаюсь, люблю на всякие благотворительные вечеринки ходить. Ну что еще? Люблю хорошенько и почаще трахаться.

— Вы вот линию одежды упомянули — как вы этим увлеклись?

— Да я с самого детства была девочкой из платяного шкафа. У моей мамы была куча денег, но она ходила в обносках. А я — наоборот. Вот так и повелось. Одежду я делаю вместе с Пипой (Филиппа Гринбек. — Прим. ред.), она выпускница очень престижной школы St. Martins, работала с очень важным дизайнером Гаретом Пью. У меня очень большая коллекция винтажа — я делаю одежду из викторианских платьев, как-то их режу, перешиваю и так далее. Пипа меня понимает. Сейчас вообще такие вещи востребованы — вот в Калифорнии есть классные панки, у них в студии даже электричество ворованное: ты им можешь прислать самые херовые свои шмотки, и они их переделают во что-нибудь безумное и крутое. Для меня стиль очень важен! Я, например, никогда не сплю в футболке. Даже если я одна, я ложусь в постель в каком-нибудь очень сексуальном белье.

— А как вы думаете, почему Курт Кобейн даже для нового поколения подростков остается идолом? Вон недавно Джаред Лето парик надел и его перепел — столько шума было.

— Ну Джаред мой друг, он меня спросил — я разрешила. А вообще вот что. Я сама по себе. Да, я была замужем за этим парнем, но у меня свои песни и своя группа. Запомни одно простое правило, молодой человек. Никогда. Не спрашивай. Женщину. О ее мужчине. Будь он живой или мертвый. Никогда. Ну все, привет. Передай там всем, что я собираюсь показать России настоящий рок.

— А вы, кстати, бывали в России когда-нибудь? Что-нибудь о ней знаете?

— Да не особо. Разве что я знала такую девушку Еву, украинку, мы с ней вместе в реабилитационной клинике лежали.